13.08.1993 г. погибли Сергей Кашкаров и Александр Рожков, при демонтаже ЖБ дым. трубы в Суворове Опции

[Хожаев С.М.]

13.08.1993 г. (в Черную пятницу) погибли Сергей Кашкаров и Александро Рожков при демонтаже ЖБ дымовой трубы высотой 120м. в г. Суворове на Черепетской ГРЭС.

Демонтажем руководил С.Кашкаров. Занимался горным туризмом, альпинизмов.
На скальных маршрутах работал лучше меня. Позволял себе рисковать.
В Норильске, в 1989г. мы с ним применили сигарообразный аэростат, который запустили изнутри трубы, чтобы с него сбросить страховочные веревки.
Идея была в том. чтобы закрепить один конец веревки внутри трубы, а второй конец - за соседнюю дымовую трубу.

Александр Рожков закончил МГУ, преподавал математику в Калужском филиале Бауманки.
Закончил аспирантуру, занимался горным туризмом.

Андрей (выживший) был бывшим десантником.
Говорят, что после этого НС АНдрей запил.

Я приехал в Суворов 12.08.1993г. (был в Норильске) и был шокирован.
Ошибка № 1.Парни пробили отбойными молотками сквозные штробы до отметки 100м.
А после начали валить "картами".
Подрубают один лепесток на 2,5м. ниже и заваливают карту лебедкой внутрь.

Ошибка № 2.
Рядом стояла дымовая труба высотой 180м.
С Кашкаровым (еще до моего отъезда в Норильск) мы обсуждали проект демонтажа.
И он согласился, что надо было сначала натянуть троллей с большой трубы 180м. до земли так, чтобы троллей проходил рядом с разбираемой трубой.
Троллей обеспечил бы независимую страховку.
Это было проигнорировано.
Он заявил мне, что, поскольку, я никогда не разбирал бетонных труб, а, тем более, не знаю особенности именно этой трубы, как знает он, то я не могу ничего решать.
Выполнить мое требование натянуть троллей Кашкаров отказался.
"Тогда, с завтрашнего дня, я запрещаю работать на дымовой трубе. Будете работать на другом объекте ГРЭС, на земле"- распорядился я, как генподрядчик.
Кашкаров согласился, сказав:-"Мы сегодня довалим эту, последнюю карту этого пояса бетонирования, и далее передаем объект тебе.
Троллей мы вешать не будем, т.к. считаем, что он не нужен."

Ну, если, как альпинист, Кашкаров лучше меня, знает эту трубу тоже лучше меня, и часть трубы уже разобрали, приобретя опыт, значит нечего беспокоиться, - подумал я. И спокойно поехал в Калугу, пообещав утром приехать на ГРЭС.

На следующий день, в 5 утра (пока я не приехал), Сергей поднял двойку своих альпинистов, Сашу и Андрея, и велел им завалить последнюю карту, которую они не успели завалить накануне. Отметка (примерно) 105м.
Чуть позже ребята спустились вниз, сказав, что там прошла косая трещина и очень опасно.

Сергей сказал, что он сам срежет арматуру, и покажет, как надо работать.
Т.е. взял их "наслабо".

Когда я приехал на ГРЭС, уни уже были на трубе.
Сверху летели искры, обломки бетона и электроды.
Арматуру они резали сваркой. Удобно электрод в щель просунуть.
Пока они работали, подниматься на трубу было нельзя.
На крик не отвечали. Пришлось ждать..
И тут ко мне прибегает сотрудник ГРЭС и сообщает об аварии.

Далее, со слов Андрея.
Саша сказал ему спуститься на 3 м. ниже, т.к. рядом с ними стоять опасно.
Затем он услышал грохот и на него посыпались куски бетона.
Когда посмотрел вверх, то не было не только заваливаемой карты, но и еще 3-х метров стенки (трубы).

Позже мне рассказали, что вертикальны штробы пробивали на столько, на сколько хватало шлангов.
Они решили не вешать кольцевую площадку.
Поэтому с верхней площадки кинули веревки и с веревок пробивали вертикальные штробы.

А что такого знал Кашкаров лучше меня?
То, что сразу, ниже той отметки, докуда они дошли, начинался пояс гнилого бетона.
Бетон был настолько гнилой, что пика отбойника входила, как в песчанник.
И об этом Сергей мне не сказал.
Отказался провесить мне троллей для независимой страховки и решил вопрос передачи мне этой трубы для дальнейшей разборки.
P.S.
Через 2 недели после гибели, у Сергея родилась дочь Полина.
Сейчас уже врач.
Вот такая трагедия.
У меня, намного позже, возникло подозрение, что за Кашкаровы кто-то стоял и им руководил.
Настоящий виновник трагедии.
Причем это не единственная жертва их деятельности.

[Хожаев С.М.]

Лет 15 назад погиб от разрыва аорты мой учитель сопромата Рынковенко Оскар Васильевич. (Калужский филиал Бауманки).
Умер на операционном столе.
А в коридоре от сердечного приступа умерла его жена.
Инфаркт у обоих может случиться одновременно только при воздействии инфарктного газа.

Еще позже погиб от сердечного приступа преподаватель сопромата Кулибаба Виктор Васильевич, который меня консультировал.
Кулибаба жил в том же общежитии КФ МВТУ, где жил М.В.Астахов.
Полагаю, от инфарктного газа.

У меня тоже бывает. Через 15 минут езды в машине появляется сильная боль в сердце.
Открываю окна, одеваю шапку и ... боль проходит.

Я регулярно, при возможности, посещал отца и мать Рожковых.
Михал Никитич очень тяжело переживал смерть сына.
А после и мама Саши умерла от диабета.
Говорил:-Жить не хочу. Хочу к ним.
Тогда его удалось убедить, что жить надо для внуков от его дочери.
На всех последующих встречах с ним я убеждался, что мысли о суициде его более не посещают.

В 2011г., возвращаясь с объекта, заехал к отцу Саши Рожкова - Михал Никитичу.
При возможности старался к нему заехать и чем мог - помогал.
Завез ему часть от заработанных денег.
Снова заговорили о той, черной пятнице.
Михал Никитич был уверен, что это я умышленно организовал убийство его сына.
Он, почему то, был уверен, что Саша написал докторскую диссертацию, которую я себе присвоил, а сына угробил.
Но на похоронах Саши был Андрей, который и рассказал про то, что Саша поставил его ниже.
-Значит, Саша знал, что опасность смертельная, - сказал мне в ту, последнюю нашу встречу, Михал Никитич.
А когда я рассказал ему, как меня Астаховы ограбили в 1994г., как пытались посадить в 1995г, как они захватили дымовые трубы, он был в шоке.
-Я должен тебе это рассказать, -сказал он.
-После твоего рассказа про проделки Астаховых мне все стало ясно.
Не было никакой диссертации.
А я дурак, им поверил.
Я ведь тебя застрелить должен был.
Ружье заряженное стоит уже много лет готовое... для тебя.
Да все рука не поднимается.
Не понимал - почему.
Хотел разобраться до конца.
Теперь я знаю, для кого оно заряжено, -закончил он.

- Михал Никитич, не надо больше смертей. Бог все решит без нас, - ответил я.

- Езжай, Сережа, - закончил он и проводил меня до дверей.

Приехав в Калугу, я навестил и маму Кашкарова - Марину Ивановну.
Тоже поделился с ней своим заработком и сказал, что Михал Никитич подтвердил, что организовали все Астаховы и именно они виновны в смерти их сыновей.
А также, сказал и про ружье.
Чтобы больше никто не погиб.
Она как то переменилась в лице, и я уехал.

А через год, снова еду мимо Орла, заезжаю к Рожковым, а никто не открывает.
Соседка сказала, что Михал Никитич застрелился ...
.... из своего ружья.

Марина Ивановна 2 года назад умерла.
От диабета.
Она была малолетней узницей концлагеря.
Родилась в концлагере.

А недавно, Павел Астахов, на передаче Соловьева, сказал, что его отец был малолетним узником концлагеря.
Вот так вот и сложился "Пятый элемент".